Нарезка к третьему матчу полуфинала КЧ-16. Адмирал Чичагов
Здравствуйте, дорогие товарищи. Накануне французского МДП мне хотелось бы обратиться к истории Отечественной войны 1812 года, тем более, что сегодня, 25 ноября – день знаменитого сражения на реке Березине – попытки русских войск не допустить переправы французов через реку и неудавшегося разгрома неприятеля. Я сегодня расскажу о человеке, судьбу которого эта битва изменила в худшую сторону.
Речь идет об адмирале Павле Васильевиче Чичагове. Отец его был выдающимся (хоть и находившимся в тени более авторитетного Фёдора Ушакова) русским флотоводцем, дослужившимся от мичмана до адмирала. Известность Чичагов-старший получил своим умелым командованием Балтийским флотом в войне против Швеции 1788-1790 годов. Про отца, родившегося сыном мелкого костромского помещика, а ставшего известным флотским деятелем, единственным в русском флоте кавалером Ордена святого Георгия, можно рассказывать много. Сын отзывался об отце так:
«Жизнь отца моего была… неразлучно связана с моею в течение сорока лет: я не только почти постоянно жил с ним, но имел счастье служить под его начальством до 30 лет. Таким образом, я имел перед глазами прекраснейший образец добродетелей гражданских, чувств благороднейших, твёрдости и независимости характера, столь редких в некоторых странах…»
Родился он в 1767 году 8 июля (по новому стилю) – в день Полтавской битвы, и считал это добрым знаком. Мальчик рос живым и впечатлительным по натуре, хоть нередко не стеснялся насмешек над сверстниками. Но у него были основания: он к 14 годам успешно освоил все изучавшиеся в тогдашних российских школах науки. О поприще подросток долго не размышлял – пример отца был перед глазами. Чичагов-младший усиленно налег на математику и навигацию. В 15 лет он зачислен адъютантом в эскадру отца. Когда отец стал адмиралом и командующим Средиземноморской эскадрой, сын был произведен в главные адъютанты отца. По пути в Ливорно русские корабли заходили в Великобританию. Эта страна произвела на молодого Павла неизгладимое впечатление.
То, что отец ценил сына не только как родственника, но и как способного командира, доказывает случай 2 мая 1790 года, когда его сын участвовал в разгроме шведских кораблей в Ревельской бухте. Тогда Швеция воевала с Россией, посчитав, что русский медведь, увязнувший в Турции, не сможет воевать на два фронта. Шведское правительство жестоко ошиблось. Главную роль в этом бою сыграл флагманский корабль «Ростислав» под командованием Чичагова-младшего.
Отличился Чичагов-младший и в Выборгском сражении, которое случилось чуть позже. Шведы были жестоко разгромлены и потеряли треть своего флота. В 22 года императрица Екатерина произвела Павла Чичагова в капитаны 1 ранга – и кто скажет, что незаслуженно! А он почивать на лаврах не желал. Он мечтал познакомиться поближе с передовыми странами и в 1792 году упросил отца о командировке в Великобританию. Отец с радостью согласился. Не исключено, что он боялся слухов о «блатном» характере продвижения сына по службе (сорри за жаргон).
«Англия, кроме признанного превосходства своего флота, имела для меня ещё другую привлекательность: я был заинтересован её образом правления и очень радовался случаю изучить его. Поэтому я умолял отца моего дозволить мне… посетить эту страну. Я предполагал также отправиться затем в Америку и совершить другие путешествия для приобретения опытности».
Вместе с младшим братом Петром Василий Чичагов учился в британских навигационных школах. В книгах ничего нового для себя не нашел, зато усердно изучал английский язык и наблюдал за действиями моряков и офицеров в полевых условиях. Они даже сплавали в США, правда, до цели не добрались.
После возвращения на родину Чичагов-младший был назначен командиром корабля «Ретвизан». Порядки на корабле он устроил английские, что вызвало гнев других, консервативно мыслящих офицеров. Павла Васильевича даже «англоманом» прозвали. Но он с детства привык не прогинаться ни перед кем и стойко придерживаться своих взглядов. Впоследствии, часть оппонентов (например, граф Воронцов) поняла, что Чичагов перенимает иностранный опыт, будучи горячим патриотом своей страны.
1796 год. Екатерина умирает. И императором становится ее сын Павел. Он сначала произвел молодого офицера в капитаны бригадирского ранга. Но Павлу чем-то не угодил Чичагов-старший, и отец с сыном были отправлены в отставку. Более того, в 1799 году наш герой даже отсидел некоторое время по навету некоего адмирала Кушелева в Петропавловской крепости. Поводом стала любовь к иноземной подданной – дочери британского флотского капитана Элизабет.
Спасло Чичагова вмешательство англичан. Им нужна была помощь русского флота в организации десанта в оккупированные французскими войсками Нидерланды. Бывшего пленника произвели в контр-адмиралы и назначили командиром эскадры. Вернулся он в Россию уже с женой – Елизаветой Карловной. Елизавета терпеливо переносила петербургский климат и родила мужу трех дочерей. Император Александр Первый в начале своего правления искал людей, способных реформировать страну. Чичагов показался ему таковым. Павел Васильевич стремительно продвигается по службе. В 1807 году Чичагов назначается полным адмиралом и министром военно-морского флота. Хотя фактически он управлял министерством и предыдущие 5 лет.
Управляя министерством, он сделал много полезных изменений. Запретил заковывать матросов в кандалы, ввел более удобную форму одежды, а для офицеров – кортики вместо шпаг. Корабли русского флота стали обиваться медью по английскому примеру, что повысило быстроходность. Гардемарины и молодые офицеры отправлялись за границу для знакомства с зарубежным опытом. При нем флот успешно действовал в новых войнах против турок и шведов, а Крузенштерн, Лисянский и их экипажи совершили первое в истории России кругосветное путешествие. Сардинский посол граф Жозеф де Местр писал о Чичагове:
«Его боятся, потому что он настаивает на порядке, и ненавидят за то, что он не позволяет, чтобы крали в его ведомстве».
В 1809 году умер отец. Жена заболела астмой. Адмирал увез ее во Францию, но лучшие врачи не помогли. Елизавета Карловна через два года умерла. Потрясенный горем, адмирал запросил отставку с поста министра. Александр ее принял.
Но ценными кадрами не разбрасываются. Император решил назначить бывшего министра главнокомандующим Черноморским флотом и одновременно Дунайской армией, воюющей против Турции. Прежним главкомом был Кутузов, и старому вояке это не понравилось. Чичагов не успел на войну. Михаил Илларионович, используя таланты дипломата и связи при турецком дворе, заключил в Бухаресте мирный договор. Чичагову оставалось руководить армией мирного времени и бороться с процветавшим при прежних командующих (включая Кутузова) казнокрадством. Простой пример из отчета императору:
"Должен сказать Вашему величеству о бреши, сделанной в финансах армии. В одном из ящиков нашли 44 мешка гривенников вместо червонцев. Казначей, со времени князя Прозоровского [главнокомандующего армией в 1808-09 годах] воровал эти деньги, а так как никто не исполняет своей обязанности, то и все те, которые должны проверять ежемесячно ящики, никогда этого не делали с должным вниманием".
А вскоре началось вторжение Великой наполеоновской армии.
Он с солдатами должен был прикрывать южное направление наступления французских войск. Приказом императора Александра дунайской армии было предписано форсировать Днестр и идти на соединение с Третьей армией генерала Тормасова. Армии должны были соединиться 7 сентября, но разлив рек отсрочил это на неделю.
14(по другим сведениям – 17-го) сентября Чичагов стал командующим объединенной армией, успешно действовавшей под его руководством против войск генерала Рейнье и австрийских войск князя Шварценберга, союзных Наполеону. 11 октября солдаты Третьей армии заняли Брест и встали там для ожидания дальнейших распоряжений и пополнения продовольствия.
2 ноября Кутузов приказал Чичагову двигаться к Березине и мешать переправе войск Наполеона. Такой же приказ был послан генералу Виттенштейну. Чичагов согласился, оставив часть войск для заслона против австрийцев. Тем не менее бойцы Шварценберга преследовали Третью армию. Наполеон отдал приказ «задержать ее в Литве» (здесь – Литва в старом понимании этого слова, включавшем западную Белоруссию). Преследователей смелым маневром заманил под Брест в ловушку генерал Остен-Сакен.
5 ноября солдаты вошли в Минск. Французы так утекали из города, что не успели забрать ни продовольствие, ни порох, ни свинец. Переполненные магазины достались русской армии. Но Чичагов спешил. 9 ноября солдаты уже были в Борисове. Кольцо окружения замкнулось с юга.
Но у него было только 30 тысяч солдат. Часть осталась удерживать Минск.
Витгенштейн так и не присоединился к нему, идя в северном направлении. Времени на строительство укреплений не было, часть войск, посланных на разведку местности, была отброшена солдатами маршала Удино назад на Березину. Чичагов решил держать борисовские укрепления до конца. Он ждал Кутузова, сообщавшего, что преследует французские войска. А Кутузов не спешил. Он стоял на расстоянии пяти дневных переходов, ожидая подвоза продовольствия.
По мнению современного историка Бориса Юлина, которое я разделяю, виноваты были все. С одной стороны, в мемуарах Чичагов пишет:
«Нужно было без промедления захватить линию вдоль Березины. Мы были вынуждены продвигаться на ощупь, т.к. местные жители не хотели давать нам сведения, а точных карт у нас не было. Карты действительно были сняты перед самой войной, но для того, чтобы сделать по ним гравюры времени не хватило, а Кутузов, располагавший манускриптами карт, несмотря на мои многочисленные просьбы, не согласился ни передать их мне, ни хотя бы направить ко мне одного из работавших с ними (картами) офицеров. Он держал их в своём штабе, находившемся в семи переходах от театра военных действий.»
Но и сам Чичагов неудачно организовал разведку. Посланный им авангард под командованием генерала Палена, как уже было сказано, был разгромлен маршалом Удино. Витгенштейн тоже проморгал время переброски подкреплений. В его армии не было к тому же инженеров, знавших рельеф местности. Впрочем, и у Чичагова тоже.
Наполеон, как известно, здорово переиграл русских полководцев. 11 ноября Чичагов был из Борисова выбит. Борисовский мост пришлось взорвать. К Наполеону прибыли войска Виктора и Удино. Витгенштейн не оказал помощи, выделив только 14-тысячный отряд. Противопоставить французам он ничего не мог. В этих условиях Наполеон, приказав устроить ложную переправу у деревни Ухолоды, на самом деле переправился с солдатами около деревни Студянки.
Эту знаменитую наводку мостов через стометровую реку французы производили, стоя прямо в воде, несмотря на льдины, проносившиеся мимо по течению реки. Им приходилось часто входить в воду до самых подмышек, чтобы вбить козлы, которые затем они поддерживали, пока брусья скреплялись с поперечными балками. Переправа продолжалась с 14 по 16 ноября. 17 числа мосты через Березину были сожжены. Те, кто не успел переправиться(40 тысяч) сдались.
Чичагов принимал участие и в заграничном походе. 12 января подчиненные ему войска взяли прусский город Эльбинг(польский Эльблонг), 28 января – блокировали крепость Торн(польскую Торунь). И тут – отставка. Будто бы по болезни.
Может, болезнь и была, но Чичагова травили целенаправленно. У Кутузова было полно друзей в придворных кругах, и они всячески его обеляли. На свою сторону привлекли даже Ивана Андреевича Крылова. Писавшего: «Беда, коль пироги начнет печи сапожник, а сапоги тачать пирожник», намекая на АДМИРАЛА, воевавшего на суше.
Павел Васильевич уехал за границу. В 1834 году Николай Первый потребовал от него вернуться на службу, но получил отказ. Его лишили российского подданства и имущества в России. От огорчения адмирал полностью ослеп. Умер он во Франции в 1849 году на руках у своей дочери.
В его защиту высказывались Денис Давыдов и покоритель Кавказа генерал Ермолов, но и голоса оппонентов были слишком велики. Кто же был адмирал Чичагов? Забытый герой или морской волк, не умевший воевать на суше? До сих пор точного ответа нет.
Завтрашний день даст нам ответ на вопрос о финалистах. Свое мнение на этот счет есть у Саши $printer’а, которого я рад видеть у себя. Привет, друг!
Ростов-на-Дону – Великий Новгород
$printer: Как же хотелось видеть интригу перед последним матчем полуфинальной серии. Но, увы, она лишь только на бумаге. Хотя, это не означает, что Великому Новгороду пора выбрасывать белое полотенце, нужно бороться до последнего и постараться добыть победу с разницей в 5 мячей. Ростов чувствует себя уверенно перед этим поединком.После первого матча серии они получили хороший гандикап, который сохранили до последнего матча - и будет очень обидно его растранжирить. Над командой Def_Joint’a довлеет ответственность за результат, в отличии от их оппонентов. Думаю, что команда Дерсу Узала будет рисковать и попробует сыграть на минимуме вариантов. Так что, ожидаю в этом матче крупную победу одной из команд. Попадет ли в плен Великий Новгород, узнаем уже совсем скоро.
Прогноз: 1-5
Квасилов – Краков
$printer: Практически идентичная ситуация наблюдается и в этой паре. Только вот у Квасилова еще немного хуже положение, чем у Великого Новгорода. Нужна победа в 6 мячей, что очень маловероятно. Но Вика умеет настраивать своих бойцов в нужную минуту, что они продемонстрировали в последнем матче ¼ с Киевом, победив столицу как раз со счетом 6-0. Краков отлично понимает, что легкой прогулки не получится, а потому готовится к поединку усердно и без шапкозакидательства. Уж Olegol с Бодрым этого точно не допустят. Здесь тоже ожидаю риск от Квасилова. Уверен, что Вика найдет нужные слова, чтобы мотивировать свою команду и постараться сделать очередной камбек.
Прогноз: 6-1
Спасибо за добрые и теплые слова, товарищ. Мы и Квасилов постараемся их оправдать.
Грасиас, за то, что читали. Но всему приходит время конца. Нарезочка тоже кончается. До свидания! До новых встреч!
Задать вопрос, оставить отзыв и поблагодарить автора можно здесь.